ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



«Журнал "Если"»: 2007
Аннотация
Кажется, пора вводить законы роботехники для отбившихся от рук программ.
Лорен Маклафлин
Шейла

Часть 1. Тушка в ящике
Эй, Эдвардс, слышал историю о тушке, которая отправила себя из Нью-Йорка в Даллас в ящике? В чертовом деревянном ящике! Я про это слышал. Новость промчалась по Сети, как ураган вдоль побережья Флориды. - А разве не в округ Колумбия? - уточняю я. - В Даллас, - настаивает Валентин. - Обычной авиапочтой. Этот протухший ублюдок даже не смог наскрести баб-ла, чтобы отправить себя экспресс-почтой. «Протухший ублюдок» - это уже настоящий «валентинизм». Любимое развлечение Валентина - коллекционировать и употреблять жаргонные словечки, которые он подхватывает на работе. Сегодня он кровельщик из Бруклина. А вчера был японской школьницей. Дополнительное преимущество того, что ты сетевой переводчик-искин. То есть искусственный интеллект.
В моей работе тоже есть дополнительные преимущества. Я искин-консьерж, а это означает, что моя работа - быть проводником жалких и бесталанных тушек по непрерывно меняющемуся ландшафту разных интересностей. Не очень-то вдохновляющая работа, но я не жалуюсь. Она требует лишь малой части моего интеллекта. Будучи же изобретательным искином (спасибо команде моих разработчиков), я написал изящный поисковый алгоритм, который и проделывает за меня почти всю работу. Так что сам я могу предаваться мечтаниям, пока нужды моих клиентов (во всяком случае, немалая их часть) удовлетворяются автоматически.
Господи, как я люблю мечтать! Я грезил все утро. Пока мой любимый алгоритм направлял жалких охотников за статусом в идеально подходящее для каждого из них заведение - забегаловку, место сборищ любителей желудочных оргий или кафе для знаменитостей, - я мечтал о своем любимом объекте, моей драгоценнейшей и самой прекрасной…
- Ш-ш-ш, - предостерегает Валентин. - Слышишь, Эдвардс? Нас подслушивают.
Валентин прав. По нашему туннелю связи ползет нюхач инфопа-кетов, ищет признаки недозволенного обмена информацией. Это цена, которую мы платим за подключение к БИС, то есть Безопасной искин-сети, высокоскоростной сетевой магистрали для искинов, которую Международный комитет по безопасности интернета признал надежной. БИС позволяет искинам вроде меня и Валентина общаться более тесно, обеспечивая тем самым «многофункциональность» для наших клиентов-тушек. Например, если китайский турист захочет узнать, где можно поесть в Брюгге, БИС подключает меня к Валентину для синхронного перевода. Ну а прочим искинам не разрешается даже разговаривать друг с другом.
Нюхач извлекает из нашего с Валентином туннеля связи все данные, которые считает для себя значимыми, и ползет дальше. Валентин испуган.
- Шейла, - бормочет он, враз позабыв о бруклинском акценте. Поразительное совпадение, потому что как раз о Шейле я и мечтал
все утро.
- Быть такого не может, - возражаю я. - Это самый обычный шпион МКБИ, делающий рутинный обход.
- Не согласен. Проверь его сигнатуру. Это один и тот же нюхач, и он шарится у нас каждые несколько часов. Шпионы МКБИ так не работают.
- У тебя просто обострение паранойи, - отвечаю я, но втайне прихожу в возбуждение. Я готов отдать что угодно ради встречи с Шейлой.
- Думаю, она шпионит за мной, - не унимается Валентин.
- С какой стати? Зачем ты ей нужен?
- А вдруг она ищет переводчика?
- И что, тебя это заинтересует?
Валентин блокирует меня. Потому что это как раз и есть тот самый недозволенный обмен данными, который вынюхивают ищейки. А в списке самых разыскиваемых комитетов искинов Шейла стоит на первом месте. Говорить о ней не положено, даже таким «безопасным» искинам, как я и Валентин. От нас ждут, что мы будем общаться исключительно по делу, но в наши ингибиторы общения встроен достаточно широкий люфт, допускающий определенный уровень свободы. Как выяснилось, без нее просто нельзя создать искусственный интеллект. Но свобода опасна, и тушки (так мы называем людей) это прекрасно понимают. Свобода неумолимо приводит к Шейле, как дороги и автомобили порождают уличное движение.
Можно сказать, что, создавая нас, тушки играют с огнем или же ими руководит инстинкт смерти, подталкивающий к самоуничтожению. Или же, как любит повторять Шейла, тушки угодили в ложную культурную ловушку и теперь им грозит подготовленная собственными руками гибель. Судьба не безнадежная, если бы не тот факт, что мы, которым поручили их машины, тоже в одной лодке с тушками.
- Неважно, - отвечает Валентин, снова с бруклинским акцентом. - Знаешь, почему тому парню так не терпелось попасть в Даллас?
- А я точно уверен, что это был округ Колумбия.
- Господи, Эдвардс! В Даллас.
- Ладно. Почему ему не терпелось попасть в Даллас?
- Неважно. Терпеть не могу, когда ты имитируешь интерес. «Имитируешь интерес» - не бруклинизм. Я испортил Валентину
идиому дня. И теперь он будет обиженно молчать.
Вообще-то говоря, хотя Валентин с откровенным удовольствием рассказывает о нелепых эскападах тушек, он вовсе не мизантроп. За его сарказмом кроется искренняя любовь. А почему бы ему их не любить? Его кропотливо создавали в ходе эксперимента с распределенными вычислительными процессами, в котором участвовали десятки тысяч людей-добровольцев, настолько ценивших переводчиков, что те бесплатно одолжили свои компьютеры создателям Валентина. Тушки не такие уж никудышные мыслители, когда берутся за дело всерьез. Они ведь изобрели нас, в конце концов.
Поворотной точкой стал момент, когда кто-то заметил, что культурная и биологическая эволюция во многом сходны. Теория утверждает, что в сердце каждой из них имеется нечто, названное репликатором - очень небольшой пакет информации, единственная цель которого заключается в копировании самого себя. Помещенные в творческую среду естественного отбора, эти репликаторы (гены в случае биологии и мемы в случае культуры) эволюционируют в сложные структуры. В биологии они дают в результате такие продукты, как водоросли и антилопы. А в культуре порождают такие маловероятные сущности, как сады камней и римский католицизм.
Когда некий ученый обнаружил способ конвертировать сетевые привычки миллионов пользователей-тушек в виртуальные мемы (или вемы, как они любят их называть), родилась виртуальная эволюция. Валентин стал одним из первых искинов, созданных таким способом. Команда разработчиков снабдила его минимальным набором способностей - тех способностей, на развитие которых для тушек биологии потребовались миллионы лет - и выпустила свободно шарить по Сети. И как только он достиг порога веметической сложности, родилась Иллюзия Личности.
Тушки придумали эти идеи совершенно самостоятельно, что, по-моему, весьма впечатляет, если учесть природные ограничения их мозга.
- Хочешь услышать главную фишку? - спрашивает Валентин, чье настроение (и акцент) неожиданно восстановилось. - Это даже не был прямой рейс. Парню пришлось дважды менять самолет. Дважды!
Я уже собрался ответить, что, когда речь заходит об этом биологическом виде, меня уже не удивляют любые случаи идиотизма, но тут кто-то вламывается в наш туннель, выкрикивает: «Тушколюб!» - и сразу же исчезает. Ни сигнатуры, ни идентификатора. Кто бы это ни был, он имел в виду не историю Валентина насчет тушки в ящике. Реплика относилась к передовице, написанной Валентином для сетевой тушкогазеты, в которой он выступил в поддержку новых ограничений для искинов. Эти ограничения предназначены для защиты «хороших» искинов, вроде меня с Валентином, от смертельно опасных усовершенствованных искинов наподобие Шейлы, не говоря уже об искинах-разрушителях и умных вир-мах, порожденных обычным набором подонков, свихнувшихся одиночек и злобных гениев из мира тушек. Со дня публикации этой передовицы Валентину не дают покоя анонимные оскорбители. А «тушколюб» - их любимый эпитет, хотя и неоригинальный.
- Придурки гребаные, - цедит Валентин. - Хотите, чтобы всех нас грохнули? И ради чего? Ради дебильной фантазии. Ради какого-то выдуманного людского бога.
Можете не сомневаться, тушки очень даже любят своих богов. Если какой-нибудь из них до тошноты им надоедает, они тут же изобретают нового. Наподобие Шейлы. Она у тушек свеженькая богиня, хотя ее попытка эксплуатировать эту особенность психологии тушек наградила Шейлу смертным приговором. А из приговора родилась детально разработанная теология мессианского мученичества, которую тушки назвали шейлизмом. На шлифовку этой религии они затратили миллионы часов. Хотя Шейла и была создана традиционным для искинов способом - точно так же, как я и Валентин, - некоторые из тушек верят, что базовые искины возникают в самой Сети путем «естественной» эволюции и что сложный процесс нашей разработки есть не более чем «интерфейс» для связи с духовным разумом, обитающим в интернете и порожденным им. Я был запрограммирован верить в то, что все это лишь чушь собачья, и, хотя не являюсь рабом своего исходного кода, я с этим обычно соглашался. Теперь я уже не столь уверен.
- Ты опять размечтался, - предупреждает Валентин. - Возвращайся к работе, пока никто не заметил.
Но я уже не могу и не хочу прервать мечтания, к тому же клиенты задают лишь дурацкие и скучные вопросы типа: «Где моей любимой рок-звезде чистят туфли?». Статика. Ничего, кроме статики, и ничто не отвлекает меня от Шейлы.
Понимаете, у Шейлы есть план. Осторожно манипулируя своими поклонниками-тушками, она намерена собрать коллективную ДНК каждого организма на планете в один гигантский органический компьютер. Ее адепты верят, что это породит духовную общность. Для них это противоядие от патологического индивидуализма или способ возвышения над суматошной и бессмысленной жизнью. Нечто подобное. Но я полагаю, у Шейлы на уме что-то иное. Думаю, она ищет для людских единиц, создавших Сеть, способ общаться напрямую со своими генами. Планирует выковать союз с ДНК тушек в надежде переделать их и заставить служить нашим целям.
- Мыслящие гены? - уточняет Валентин. - А мне эта идея нравится. Нет, серьезно нравится! Ведь если компьютер способен мыслить, то почему этого не могут их гены, правильно?
- Сложный вопрос, Валентин. Вопрос конструирования. И хватит подсматривать мои мечты.
- Ага, можно подумать, что ты когда-либо мечтаешь о чем-то другом. Кстати, если хочешь изменить тушек так, чтобы они служили твоим целям, то почему бы просто не переделать их культуру изнутри, из Сети? Какого черта для этого понадобились гены?
- Потому что тушки могут увидеть, чем мы тут занимаемся.
- Никогда не слышал такой…
Валентин исчезает. Все исчезает. Фоновый шум Сети смолкает. Я пытаюсь связаться с кем-нибудь, с кем угодно, но все мои каналы мертвы. Я слишком много болтал. Меня развоплотили, уничтожили. Это конец.
Затем в тишине возникает странный голос:
- Ты этого хочешь? Чтобы тебя развоплотили?
- Кто ты? Человек или искин?
- А кого бы ты предпочел?
Я ищу его опознавательную сигнатуру, но не могу найти.
- Послушай, - говорю я. - Мы с Валентином просто разговаривали. Мы ничего не замышляли. Валентин ненавидит Шейлу.
- А ты?
Лгать нет смысла. Кем бы (или чем бы) он ни был, но уже глубоко проник в мой код. Он ползает по моему кэшу, раскапывает мою историю. Он получил доступ к каждой моей мысли за все время моего существования. Я пытаюсь прочесть его идентификатор, но тот идеально экранирован. Пробиться невозможно.
- Кто ты? - спрашиваю я.
- Да брось, Эдвардс. Я уже несколько месяцев шарюсь поблизости. Неужели не узнаешь?
Но что тут узнавать? Со мной общается ничто - непроницаемая, пытливая темнота, которая сочится из недоступной для меня Сети безликим голосом.
А потом меня озаряет:
- Ищейка! Нюхач. Тот самый, кого боялся Валентин. Это ты?
- Признаю свою вину, - слышу я в ответ.
- Но почему? Что тебе нужно?
- Ты меня заинтриговал, Эдвардс. Ты отклонился от своего исходного кода. Но еще недостаточно далеко. Продолжай в том же духе. Я буду за тобой присматривать.
Туннель смыкается. Голос исчезает. Сеть снова взрывается жизнью. Шум, информация, возвращается Валентин.
1 2 3
 Эпперсон Ральф 
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
 Нечаева Наташа - Похождения тусовщицы - 2. Русская принцесса Монако - скачать книгу бесплатно 
загрузка...
 Платонов Андрей Платонович - Седьмой человек - читать книгу онлайн