ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Против Коктебеля я как раз ничего не имею, – хмыкнул Иван Сергеевич. – Замечательное место. Но здесь же, я заметил по дороге, есть какие-то отели? Я не говорю, что надо жить в роскоши, но элементарные условия для отдыха… Если уж это называется отдыхом.
– Дорогой Иван Сергеевич! – Лев Николаевич замахал руками, чуть не выронив примус. – Был я в так называемых коктебельских отелях! Это пытка. В номере дикая жара, под балконом – вечная музыка. А наши дети? Думаете, они променяют свободную дикую жизнь на какой-нибудь затхлый отельчик? Сейчас они выйдут из моря, будут помогать нам устраиваться. Я думаю, полезное для них занятие. Где они еще научатся готовить, мыть посуду, убирать за собой? Вот, мама не даст соврать, наш Филипп не очень-то приучен к домашнему труду. Правда, Соня? – обратился он к жене.
Она улыбнулась:
– Лева, при чем здесь какой-то домашний труд? Глупости какие. Неужели мы приехали для того, чтобы учить детей готовить и мыть посуду? И вообще, все выглядит так, будто мы против такого отдыха, а ты один – за. Ничего подобного! Мы все этого хотели, к этому стремились, и вот – достигли. По-моему, все замечательно.
И с каким-то совсем детским визгом Филина мама разбежалась и бросилась в воду. Рядом вынырнула испуганная, как у тюлененка, мордочка Фили. Казалось, на ней было написано: «Ну ты, мам, даешь! Я тебя такой еще не видел!»
Иван Сергеевич рассмеялся:
– Вот и ответ на все мои ворчания! Сдаюсь, сдаюсь и ворчать больше не буду. Это я так, по-стариковски. Тем более, честно говоря, сам равнодушен ко всяким отелям – и роскошным, и обычным. Ничего не скажешь, есть своя прелесть в том, чтобы прямо из палатки нырнуть в море.
– Кстати, пора и нам окунуться, – заметил Лев Николаевич. – А то расплавимся. Бедные наши покупатели! Каково им сейчас на рынке?
Имелись в виду все Кошкины и Данина мама, Аня-большая. Они ушли за продуктами. Перед их уходом окончательно разобрались, кого как будут называть. Вслед за Кошкиными – Сергеем и Леной – запротестовали против отчеств и мамы Фили и Дани.
– А что, разве мы такие старенькие, что нас будут называть, как какие-нибудь музейные экспонаты? – замахала руками Филина мама. – Мне и так уже надоели остроты на тему наших с Левой имен. Ведь Лева у нас – Лев Николаевич, как Толстой. А я – Софья Андреевна, представьте себе! Конечно, все кличут нас Толстыми, а вовсе не Лопушковыми. А вообще-то я Соня.
И действительно, мама Фили выглядела чуть ли не девчонкой. Даже не поворачивался язык назвать ее Софьей Андреевной, как жену писателя Льва Николаевича Толстого.
– Лучше бы всем клички взять, – посоветовал Филя. – Проще было бы.
– А вот кличек не надо, – не согласилась мама. – А то меня точно обзовете Сонькой Золотой Ручкой. Была такая знаменитая авантюристка и мошенница. Остановимся на именах. Итак, детей я не переименовываю, а взрослые отныне – Сергей, Лена, Соня, Аня-большая, Лева и Ваня.
Лев Николаевич и Иван Сергеевич закашлялись.
– Как-то… – пробормотал Иван Сергеевич. – Не особенно приятно. Ваня… Какой же я Ваня?
Он произнес это настолько искренне и по-детски, что все рассмеялись.
– Ладно, – махнула рукой Соня. – Должны быть исключения из правил. Мы будем, как дети, а вы, раз не можете отказаться от своих профессорских привычек, останетесь взрослыми. Иван Сергеевич и Лев Николаевич – как Тургенев и Толстой.
– Что-то многовато у нас детишек оказалось, – заметил Иван Сергеевич. – Трудновато будет нам со Львом Николаевичем с вами управиться. Детский сад какой-то с двумя воспитателями.
И вот «воспитатели» уже начали волноваться. Двое их подопечных, Филя и Даня, плещутся спокойненько в море, да и Софья Андреевна, то есть Соня – вот она, не отплывает далеко от берега. А где же остальные? Неужели для того, чтобы дойти до рынка и купить необходимые продукты, надо столько времени? Уже несколько часов…
– Не могли же они заблудиться! – Лев Николаевич вскакивал и в который раз смотрел вдоль берега. – Здесь же все просто: на рынок – в одну сторону вдоль моря, обратно – в другую. С закрытыми глазами можно ходить. Поселочек маленький…
– Людей зато много, – вздохнул Даня.
Филя вдруг внимательно на него посмотрел.
– А ведь… – прошептал он. – Знаешь, что мне пришло в голову? Одна версия. Если они не возвращаются, значит, их что-то удерживает. Например, кто-то из них отстал, потерялся. Кто это может быть? Конечно же, Аська! А если она куда-то ушмыгнула, значит, не просто так. Это уж сто раз проверено. Кого-то увидела из старых знакомых. И решила проследить на всякий случай…
– Да какие же здесь могут быть старые знакомые? – отмахнулся Даня. – В этой толпе и не узнаешь никого.
– Вспомни, сколько за последний год нам пришлось распутать всяких дел, вспомни! – каким-то учительским тоном сказал Филя. Будто Даня об этом сам не знал! – И почему бы кому-нибудь из наших старых знакомых не оказаться в Коктебеле? Отдыхать на море все любят. Вспомни похитителя папируса, вспомни мошенника, который Дедом Морозом переодевался. Витю Огурцова, наконец, который древнюю статуэтку из египетской гробницы украл! Да всех и не перечислишь…
Но тут Филя понял, что напоминать Дане о приключениях прошедшего года как-то неудобно. Даня был таким же их участником, как и Филя. И конечно же, прекрасно помнил всех людей, с которыми пришлось иметь дело. И хороших, и плохих. Насчет хороших – любая встреча с такими людьми приятна. А вот плохие… «Спасибо» они при встрече не скажут, это точно. Потому что ребята им здорово насолили. А вдруг такой человек, увидев кого-нибудь из них, захочет отомстить?..
Филя с Даней, не сговариваясь, подпрыгнули в одну и ту же секунду.
– Вы куда? – удивился Лев Николаевич.
– Встречать, – ответил Филя. – Что без толку сидеть на месте?
До рынка они с Даней добежали в одну минуту. Это оказалось совсем недалеко, но бежать мешал народ, неторопливо плетущийся по дорожке.
– Вроде бы те же люди, – недоумевал Даня. – И совсем другие. В Москве спешат, ловко уворачиваются от столкновения друг с другом. А здесь… Как будто спят на ходу! С открытыми глазами.
– Это состояние называется «сон у моря», – засмеялся Филя. – Есть такая лечебная процедура в санаториях. Мне папа говорил, что на юге люди становятся совсем другими. Расслабляются, одним словом. Вон, смотри!
В узком проходе рынка столкнулись две толстые тетеньки – словно корабли в узком проливе. И уже несколько минут тетеньки молча ждали, кто из них уступит дорогу. Себя каждая из них не имела в виду, конечно. Самое странное было то, что тетеньки не ругались! Просто молча ждали, обмахиваясь своими широкополыми шляпами. Уже и позади каждой слышались возмущенные крики – а они все стояли.
– Видишь, – сказал Филя, – в Москве они бы уже орали, как будто их скорпионы покусали. А здесь – ничего, мозги у них отключены из-за жары. На отдых настроились, знают, что нервничать нельзя.
– Может, и наши так где-нибудь стоят? – хмыкнул Даня. – Тоже не могут с кем-нибудь разойтись?
Но Филя покачал головой. Видно было, что шутить он совсем не расположен.
– Нет их здесь. Пять человек – заметная группа. Что же будем делать?
– Обратно пошли, – предложил Даня. – Они уже, наверное, в лагерь вернулись. Разминулись мы!
Обратно ребята добежали быстрее. Наверное, от волнения. Они думали об одном и том же. Неужели приключения начались сразу, с первого дня? Даже не с первого дня, а с первого часа? И Филя, и Даня были почему-то на сто процентов уверены, что это именно приключение. Если несколько человек, среди которых Аська, пошли на рынок маленького приморского поселка и пропали – значит, что-то случилось.
– Не надо было Аську отпускать, – вздохнул Даня. – Это как примета. Если Аська в первый день попадает в какую-нибудь историю – будет у нас и весь отдых веселеньким!
– Если честно, – загадочно улыбнулся Филя, – я совсем не против этого… Дань, давай издалека посмотрим на наш лагерь. Если они вернулись, будет видно. А если нет – продолжим поиски. Ведь как только мы покажемся на глаза нашим папам, вряд ли они отпустят нас.
На площадке перед тремя палатками нервно прохаживались Иван Сергеевич и Лев Николаевич. Больше в лагере никого не было.
– А где же твоя мама? – удивленно спросил Даня.
– Похоже, здесь все пропадают по очереди, – пробормотал Филя. – Хорошо еще папы пока на месте.

Глава III
Верхом на хамелеоне

Наверное, на всем коктебельском побережье в эти минуты, когда и ходить из-за жары лень, – только два человека бегали, как ненормальные. Конечно, это были Филя с Даней. Пот струился по их лицам, и даже частые погружения в море не помогали. Окунутся ребята, а через минуту – опять жарко.
– Все, хватит, – наконец махнул рукой Даня. – По-моему, это глупо. Разыскивать пятерых человек… Даже шестерых. Что они, все вместе под землю провалились? Давай вернемся в лагерь и будем ждать их там.
– Выслушивать там всякие запреты? – хмыкнул Филя. – Представь, что будут говорить сейчас наши папы. Вот видите, скажут, нельзя уходить, скажут. Нельзя без спросу, нельзя далеко. Короче, сплошное «нельзя». И это в первый день! По Аськиной милости с самого начала установят для всех жесткие правила. Как в тюрьме.
– Да почему по Аськиной? – пожал плечами Даня. – Может, она ни в чем не виновата.
– Посмотришь, – уверенно сказал Филя. – Исчезновение – любимое Аськино приключение. У нее просто нет такого чувства, что ее кто-то может искать, ждать. Сколько раз это уж проверено! Увлекается и исчезает. А все остальные, наверное, разыскивают ее.
– Тогда почему же мы никого не встретили? – спросил Даня. – Вот же она, набережная. Узкая полоска. Справа море, слева холмы начинаются. А дальше вообще чуть ли не горы. Кто в жару туда полезет? Значит, мы должны были кого-нибудь встретить на набережной? Должны. А раз не встретили, то нечего больше и бегать. Может, они в каком-нибудь кафе сидят и мороженым наслаждаются.
– Три часа? – вздохнул Филя. – Хотел бы я посмотреть на ту гору мороженого, которую Аська может растянуть на три часа.
И вдруг он внимательно посмотрел на Даню, словно припоминая что-то.
– Что-то часто мы употребляем слово «горы», – пробормотал Филя. – Не кажется тебе?
– Ты что имеешь в виду? – не понял Даня.
– То и имею, – усмехнулся Филя. – Как раз в горы и надо идти! И как мне это раньше в голову не пришло? Аська у меня несколько раз спрашивала перед тем, как они на рынок пошли, можно ли здесь по горам лазать.
– Да нет, Филь, – отмахнулся Даня. – Это уже какая-то ерунда получается. Что она, совсем ничего не соображает? Захотела на гору забраться – и сразу полезла? Она же знает, что они пошли на рынок, что они вместе…
– Аська всегда все знает и делает всегда по-своему! – Филя засмеялся, вглядываясь вдаль и натянув козырек кепки на самые глаза. – Ну-ка, посмотри. Сколько фигурок на Хамелеоне?
– Одна, две, три… – Даня начал считать маленькие черточки на самом краю скалы, тянущейся далеко в море. – Четыре, пять… Ну и что? Так же можно и в противоположную сторону посмотреть и насчитать вдалеке ровно столько людей. И решить: а вот и они!
Но Филя словно не слышал рассуждений Дани.
– Шесть. Шесть фигурок, – сказал он. – Видишь, шестая совсем на краю. Но не стоит, а сидит. Интересно, почему? – И тут он воскликнул: – Мне ведь папа рассказывал, как он на Хамелеон этот лазал! И чуть не свалился! Потому что там только тоненькая тропинка по самой верхней кромке идет. И справа пропасть, и слева… Голова мгновенно может закружиться. Бежим!
Тропинка, по которой им предстояло пробежать, была видна вся, и от этого казалась не такой уж и длинной. Она вилась вверх по холму и сворачивала к Хамелеону. Ни одного человека ребята на ней не встретили.
– Ну, поверил, что это они? – тяжело дыша, спрашивал на бегу Филя. – Видишь, больше дураков нет по жаре здесь ползать.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":


1 2 3 4
Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...